?

Log in

22 апр, 2008 @ 11:39 (без темы)
About this Entry
ботаник
Душин Александр Иванович 26 мая 1907 г. рождения, уроженец с. Порезки Юрьевского района, русский, беспартийный, аспирант, состоявший членом ВЛКСМ, был исключен за троцкизм из Горьковского Государственного университета и арестован 10 ноября 1936 г. по делу, сфабрикованному уполномоченным Ваксенбургом (впоследствии также арестованным).
На момент ареста был женат на Ирине Галлактионовне Харламенко 24 лет, работавшей лаборантом в ГГУ и у них был сын Игорь (1 год и 9 месяцев). Проживали по адресу: г. Горький, ул. Кооперативная, 12, кв. 16. вместе с матерью Душина Евдокией Павловной.
Материалы по делу содержатся в ГУ «Центральный Архив Нижегородской Области», фонд 2209, оп. № 3, д. 7927.
Листы с 1 по 63 – сфабрикованное Ваксенбургом дело с опросом свидетелей.
Лист 63.
От заключенного Душина Александра Ивановича, бывшего доцента зоологии Горьковского университета.
«Я – беспартийный. Формально, может быть, я не имею права обращаться в Верховный партийный орган. Но я отчаялся. Три года я уже сижу в тюрьме и лагерях; отбываю наказание за преступление, которого я не совершал. Сижу безвинно, без надежды, что правда когда-либо восторжествует и меня реабилитируют и выпустят на свободу.
Я сделал ряд заявлений в центральные органы, но не получил ни наодно из них ответа. На Вас последняя надежда.
14 ноября 1936 года меня арестовали и предьявили обвинение по статье 58, пункт 10. За шесть месяцев следствия меня допросили всего три раза. С первого же допроса стала очевидна полная вздорность обвинения; какая-то глупая клевета была настолько несостоятельной, что следствие, видимо, не считало возможным настаивать на своем обвинении «антисоветский анекдот», который будто бы я рассказал в 1934 г., оказавшимся вздором и ложью.
Тем не менее, 19 мая 1937 г. мне неожиданно вменяют пункт обвинения 10–58 ст. на 8 и 11 через 17–58 ст. и без единого вопроса по первым пунктам – совершенно без допроса за одни сутки (20 мая 1937 г.) в г. Горьком – Военколлегия Верховного Суда СССР в течение 3-х минут судит и приговаривает меня к 10 годам тюремного заключения.
Сделайте вывод сами. Здесь на лицо судебная ошибка, если не более. Я невиновен. Я никогда не был троцкистом или вообще врагом народы с какой-либо стороны.
Больше нет сил терпеть; я болен физически. У меня ежедневные кровотечения. Возвратите мне свободу; я молод и могу еще быть полезным нашему обществу.»
5 сентября 1939 г. Город Норильск Красноярского Края, Таймырский национальный округ, Норильсклагерь.
Лист 64.
Лично Прокурору Союза ССР т. Панкратьеву от Душиной Евдокии Павловны. Горький, Кооперативная, 12, кв. 16.
«14 ноября 1936 года УНКВД по Горьковской области был арестован мой сын Душин Александр Иванович. В 1937 году 7 мая он был этапирован за Москву, впоследствии в Кемь, а в настоящее время находится в Норильске Таймырский округ Красноярского Края.
Чем вызван арест моего сына, за что он осужден и на сколько лет выслан мне совершенно неизвестно и это я объясняю только наглой клеветой и ложью. Биография моего сына такова: родился он в 1907 году, его отец, укрываясь от полиции в годы революции, простудился и умер в 1910 году, оставив мне на руках трехлетнего сына.
В 1929 году мой сын успешно закончил Горьковский университет и ушел добровольно в ряды РККА отбыть положенный срок службы. В РККА служил на ДВК, откуда и демобилизовался с аттестацией среднего комсостава и впоследствии ежегодно призывался в терсбор. С момента демобилизации и по день ареста работал в этом же университете научным работником по кафедре зоологии и биологии. Кроме терсбора в РККА ежегодно выезжал в качестве начальника экспедиции института по районам Горьковской и Кировской областей. Несмотря на его молодость и возраст, пользовался огромнейшим авторитетом как со стороны учащихся, а также и педагогического персонала. На протяжении своей работы он был постоянным делегатом на все научно-профессорские съезды союза.
Мне уже 54 года, всю жизнь жила своим трудом, работаю и сейчас в швейной промышленности, большую из них часть работала в оборонной промышленности. В 1939 г. мной была послана жалоба на имя Вышинского за № 3/Р от 25 мая. Мне была прислана открытка, в которой сообщалось, что жалоба моя направлена в Горьковскую Облпрокуратуру, куда и надлежит обратиться. Зам. Обл. прокурора т. Маршева копии своего отношения Военному прокурору МВО за № 6 ж. 12-43 поставила меня в известность, что моя жалоба направлена Военному прокурору МВО на рассмотрение и, как ни странно, до сих пор я не помню никакого ответа от Военного прокурора МВО, несмотря на то, что я официально запросила его от 15/XII 1939 года.
Прошу Вас предпринять соответствующие меры для разбора этого дела, ибо мой сын рожден в пролетарской семье, Советская власть дала ему образование, и врагом Советской власти он не был и никогда не будет. Надеюсь на скорый ответ.
23 апреля 1940 г.»
Листы 65-70.
В Комитет государственной безопасности при Совете министров СССР от Душина Александра Ивановича – заведующего Санитарно-бактериологической лабораторией Санэпидемстанции в г. Белинске Пензенской области.
Заявление.
20 мая 1937 года выездной сессией военной коллегии Верховного суда СССР в г. Горьком я был осужден по статье 17-58 УК РСФСР с лишением свободы на десять лет с поражением в правах на пять лет и конфискацией имущества. Отбывал меру наказания с 14 ноября 1936 года по 30 мая 1946 года с учетом сокращения срока Особым совещанием при НКВД СССР от 19 января 1944 г. на один год и шесть месяцев.
Дело № 20080. Справка об освобождении № 790. Срок отбывал в г. Норильске.
Во время следствия и суда виновным себя не признал. Шестнадцать лет не обращался с заявлением о реабилитации – потеряв надежду на справедливое решение моего вопроса. По настоянию семьи и товарищей, знающих каждый шаг моей жизни решил еще раз просить вас о пересмотре дела и реабилитации.
Прошли 20 лет мучений и позора, страданий и унижений без вины, без какой либо тени преступления против советского государства и коммунистической партии.
За несколько дней до войны мне пришло извещение с сообщением, что дело направлено на пересмотр, в эти же дни был полностью реабилитирован мой одноделец Н. Климов – с которым у нас были буквально одинаковые обвинения. Но началась война и, видимо, было не нас.
Моя биография, которую легко проверить, показывает, что чудовищное обвинение и наказание понесенное мною были лишь судебной ошибкой.
Моя биография.
Родился 25 мая 1907 года в д. Алешково Порздневской волости Юрьевского уезда Костромской губернии. Новый адрес: Лухский район Ивановской области. Трех лет лишился отца.
Не имея земельного надела, мать поступила в сельскую портновскую артель швеей.
В 1918 году от голода в деревне мы убежали в г. Казань. Мать работала швеей на фабрике «Победа», а я газетчиком в газете «Знамя революции».
В 1920 году от голода в Казани бежали в г. Нижний Новгород. Мать работала швеей и уборщицей в аптеке, а я сначала торгую семячками (не моя опечатка - МТ), а затем работаю нюхальщиком и мойщиком посуды на заводе искусственных и минеральных вод «Искра», два года репетитором.
В 1923 г. вступил в комсомол.
В 1925 г. кончил школу им. В.И. Ленина в Канавино (рабочий пригород Горького) и по командировке школы поступаю в университет на естественное отделение Педагогического факультета.
С 1925 по 1927 гг. учусь и одновременно работаю Зав. Читальной Центральной библиотеки им. В И. Ленина в Канавино. В 1928 г. студенческие организации выдвигают меня на научную работу на кафедру зоологии.
Летом еду в Крым и на Кавказ – изучаю фауну Причерноморья.
В 1929 году еду практикантом в экспедицию по изучению производительных сил Нижегородского края. 13 января 1930 г. командируюсь в Смоленский университет для специализации и обработки экспедиции 1929 года.
В мае 1930 года делегируюсь на Всесоюзный съезд зоологов, анатомов и гистологов в г. Киев. На съезде получаю назначение Начальником партии по изучению производительных сил Нижегородского края в комплексной экспедиции.
Весной 1930 г. после съезда произошло событие, явившееся отправным моментом всех моих несчастий и бед моей семьи. По заявлению Секретаря Комсомольской Коллегии А.И. Чечкова меня исключают из комсомола. Он заявил, что у него «имеются ПОДОЗРЕНИЯ (!) о связи Душина с антисоветской группой». Повод для этой клеветы я дал сам. Я рассказал ему случай, имевший место в 1928 году, который он истолковал по-своему. Что же это за случай?
В начале учебного года, в 1928 году, в кафедре Педфака ко мне подходит студентка и просит разрешения для высланного по делу троцкистов в 1927 году студента – физика Софронова, написать мне письмо. Кстати, я не знал – был ли он троцкистом, но, понятно, мы относились к нему так же враждебно.
По этому вопросу я сейчас же обратился к секретарю парторганизации Евгению Брагину и спросил, как мне поступить? Понятно, что вопрос этот решался таинственно и конспиративно.
Мы – комсомольская молодежь в Горьком были настроены резко против троцкистов и я готов был на любое поручение в борьбе с ними.
Брагин ответил: - Пусть пишут, а мы будем читать.
Я сказал студентке (фамилию ее я уже не помню), что Сафронов может мне написать. Ни писем, ни каких-либо иных событий в этой связи больше не произошло. Я решил, что нас – комсомольцев, просто проверяют на преданность ЦК партии. Это в те времена практиковалось и я был доволен своим правильным поведением.
Совершенно понятно, что человек связанный с троцкистами никогда не стал бы болтать об этом. И, конечно, ясно, что изложенного слишком мало для предъявления какого бы то ни было обвинения. И так началась беда. Летом 1930 г. провожу экспедицию, потом обрабатываю материалы и кончаю университет.
После призыва на военную службу временно работаю завучем Неполной средней школы на заводе «Двигатель революции» в Канавино.
В апреле 1931 г. выезжаю на действительную военную службу в село Раздольное ОКДВА. Там, в июле-августе 1931 г. получил решение Горьковского Крайкома ВЛКСМ об отмене решения комиссии по чистке о моем исключении из комсомола. Выбывал из комсомола по возрасту. В ноябре 1931 г. возвращаюсь в г. Горький и назначаюсь ассистентом кафедры зоологии Университета.
В периоды, свободные от учебной работы, отдаюсь всецело научным занятиям. Летом 1932 года командируюсь на Баренцево море на биологическую станцию Академии Наук в городе Полярном.
Зимой 1932 г. выезжаю в северную часть Горьковского края и работаю по биологии выдры.
В 1933 году организую экспедицию по изучению производительных сил Горьковского края и работаю в Кайгородском районе и Коми-Зырянской области.
В 1933 году организую экспедицию по изучению производительных сил Горьковского края и работаю в лесах юга края (Муромских, Алатырьских, Мордовских).
Январь 1935 г. командируюсь Академией Наук в Ленинграде для обработки накопившихся коллекций. Жесточайше простуживаюсь, ночуя в неотапливаемом помещении Академии и полгода болею.
Назначаюсь доцентом университета в 1936 г. и организую экспедицию по изучению производительных сил Присурья. 14 ноября 1936 г. – арестован.
Следствие продолжалось полгода и по пунктам первоначального обвинения отпало. В ночь перед судом было предъявлено новое обвинение, основанное на неизвестных мне показаниях – лживое, грубо надуманное от начала до конца. Во время пятиминутного судебного заседания мне был задан только один вопрос по существу: «Почему вы не пришли в НКВД, а пошли к секретарю парторганизации Брагину, когда у вас попросили адрес для высланного троцкиста?»
После суда кроме Горьковской тюрьмы сидел несколько месяцев в Грязовецкой и два с лишним года в Соловецкой. В августе 1939 года прибыл в Норильск. Один год работал на общих работах. По распоряжению бывшего начальника Норильского комбината – А.П. Завенячина переведен на работу в санитарно-бактериологическую лабораторию, где и проработал до 1950 года врачем-лаборантом и начальником бактериологического отдела.
Кроме выполнения прямых обязанностей в лаборатории, к январю 1943 года мною был разработан проект рыбоконсервного завода на р. Норилке. Получил благодарность по комбинату и денежную премию.
В 1944 году учавствовал в конкурсе пьес и получил за «Одинокую женщину» первую премию.
К 1945 году приготовил работу 2Педагогический процесс во дворце пионеров» - материалы к строительству в Норильске дворца пионеров. Распоряжением Начальника комбината А. Панюкова даны указания об исполнении работы при проектировании и строительстве и т.д. За отличную работу в лаборатории в 1944 году получил полтора года скидки со срока наказания. В мае 1946 года освобожден и оставлен для работы в Норильском комбинате по вольному найму. Работал Начальником бактериологического отдела Санитарно-Эпидемиологической Станции.
С января 1949 года назначен Начальником экспедиции по изучению рыбных и промысловых ресурсов в системе р. Пясины и Псинском заливе Курского моря. К январю 1950 г. закончил большую работу по результатам экспедиции, содержащую ряд важных практических и научных выводов.
В январе 1950 года назначен начальником опытной самой северной в мире сельскохозяйственной станции, таковую организовывая.
Кроме того, в совхозе организовал ветеринарно-бактериологическую лабораторию. В августе 1950 г., в числе 600 человек руководящих работников из бывших заключенных уволен из Комбината.
С 1 сентября 1950 г. принят на работу преподавателем агрномической школы г. Камень на Оби Алтайского края, в августе 1954 г. уволился по собственному желанию.
В сентябре 1954 г. принят на работу преподавателем средней школы села Русский Качим Сосновского района Пензенской области. В июле 1955 г. уволился по собственному желанию.
В июле 1955 г. принят на работу Зав. Санитарно-бактериологической лабораторией г. Белинска, где и нахожусь в настоящее время.
Из изложенных данных видно, что: 1) господствующие интересы моей жизни всегда были научные, натуралистические исследования, которым я предавался со страстью; 2) Никогда не совершал уголовно наказуемых преступлений против советского государства и коммунистической партии.»<а/lj-cut>
[User Picture Icon]
From:goblin_blin
Date:Апрель, 22, 2008 08:18 (UTC)
(Permanent Link)
...! слов нет...
[User Picture Icon]
From:lizardello
Date:Апрель, 22, 2008 08:28 (UTC)
(Permanent Link)
Это реально, я так понял?